FestivalNauki.ru
En Ru
cентябрь-ноябрь
176 городов
September – October
176 cities
12-14 октября 2018
МГУ | Экспоцентр | 90+ площадок
14–16 октября 2016
Центральная региональная площадка
28–30 октября 2016
ИРНИТУ, Сибэскпоцентр
14–15 октября 2016
Центральная региональная площадка
23 сентября - 8 октября 2017
«ДонЭкспоцентр», ДГТУ
октябрь-декабрь 2017
МВДЦ «Сибирь», Кванториум,
Вузы и научные площадки города
6-8 октября 2017
Самарский университет
27-29 октября
Кампус ДВФУ, ВГУЭС
30 сентября - 1 октября
Ледовый каток «Родные города»

Почему глобальное потепление увеличивает высоту сугробов

Несмотря на то что климат теплеет, в России снега меньше не станет. Наоборот, площадь и высота снежного покрова будут увеличиваться. Это журналист «РР» усвоил, посетив Всемирный форум снега, проходивший на прошлой неделе в Новосибирске. Там местные власти с помощью ученых и множества других специалистов пытаются сделать из сугробов региональный бренд.

— Здравствуйте! Мы хотим пригласить ваше издание на Всемирный форум снега, — сообщил голос в трубке.

— Простите, я не расслышал — на форум ­чего?

— На форум снега.

В моем воображении тут же возникла картинка — огромный зал, в котором по кругу расселись снеговики в костюмах и галстуках. А на трибуне огромный сугроб толкает речь… То ли детская сказка, то ли голливудский фильм ужасов.

— Сейчас я вам пресс-релиз вышлю…

Из присланного описания следовало, что «Всемирный форум снега 2013 — уникальное международное событие, посвященное обсуждению вопросов создания комфортных условий для жизни человека на снежных территориях». Жутковатые снеговики растаяли. Я согласился.

Снежинка как бренд

Идея форума не лишена логики. Это ведь круто — сделать из снега региональный, а ­может, и национальный бренд. Для нас ведь зимние сугробы — такая же обыденность, как для швейцарца — озера, египтянина — песок, исландца — гейзеры, а гавайца — теплый океан. Так что снежный антураж вполне может стать нашей экзотической фишкой, притягивающей тех, кто живет в иных климатических условиях. Тем более что в России это уже отчасти забрендировано: снегурочка, санки, снежные бабы, каноническое изображение снежинки и так далее. Осталось сделать образ чуть более современным.

Климатический парадокс

Науки в снеге много. Взять хоть снежинку. Там дико сложная кристаллография. Считается, что количество возможных форм снежинок сопоставимо с числом атомов во всей Вселенной. Или метель — аэродинамикой метельного переноса занимался еще Николай Жуковский, тот самый, который сформулировал теорему о подъемной силе крыла самолета.

Вообще у нас немало поводов для интеллектуального патриотизма.

— Наука о снежном покрове — снеговедение — зародилась в России. Еще в 1871 году известный русский климатолог Александр Воейков опубликовал небольшую статью «Влияние снеговой поверхности на климат»,  — рассказывал на открытии форума Владимир ­Котляков. Он академик РАН, директор Института географии, почетный президент Русского географического общества — фактически главный географ страны, хотя такой должности не существует.

На открытии форума академик явно выделялся среди многочисленных чиновников, которые сыпали конструкциями типа: «На пространствах Сибири сформировался в полной мере русский национальный характер». В его выступлении прозвучала фраза, которая не дает мне покоя до сих пор:

— В господствующую сейчас эпоху глобального потепления снега становится больше…

Я ведь сотни раз слышал, что из-за глобального потепления в Арктике все меньше и меньше льда, что в Сибири тает вечная мерзлота, что растапливаются ледники по всему миру. А тут — «снега становится больше». Какой-то парадокс.

Анатомия сугроба

Сижу на секции «Экология северных территорий». В зале человек сто: свитера, бороды, очки. Председательствует тот же академик Котляков:

— Меня просили выступить с докладом еще раз. Но это как-то неприлично.

Он уже собирается сойти с трибуны, но вдруг останавливается:

— Я хотел бы только высказать свою точку зрения на глобальное потепление. Это сейчас всех беспокоит. Конечно, потепление существует. Оно идет как минимум 150 лет. Нельзя сказать, что оно никак не связано с человеческой деятельностью. Выбросы в атмосферу как-то на климат влияют. Но ведь и в наше время бывали периоды похолодания, например в 70-е годы. Есть много разных циклов, начиная с самых больших — по сто тысяч лет. Мы изучали состав воздуха из пузырьков во льду, который достали из скважины в Антарктиде. Там явно видны следы потепления древнего климата. И видно обилие парниковых газов в атмосфере. Но только эти газы появлялись уже после того, как потепление наступило — лет через сто...

Дальше академик рассказывает, как их комиссия пыталась убедить российские власти не подписывать Киотский протокол, но Путин сказал: мол, есть наука, а есть политика с  экономикой, и протокол все же подписали.

Но ученые все-таки люди демократичные. Буквально через час с той же трибуны выступит Сергей Семенов, представляющий Россию в Межправительственной группе экспертов по изменению климата. Он с графиками и диаграммами будет доказывать строго обратное: в глобальном потеплении виноват именно человек. И ничего. Никто ни в кого не плевался.

Но главной темой выступлений был все-таки снег. Вот на экране появляется график. Кривая нервно дергается по осям координат. Ее пересекает спокойная прямая. Если сильно напрячь зрение и разобраться в цифрах, становится понятно, что усредненная высота снежного покрова в 30-е годы XX века составляла около 40 см,  а в 2000-х подобралась к 60 см. Это результаты замеров метеорологической станции «Омск», которые представляет Валерий Земцов из Томского университета.

Как положено ученому, он раскладывает зиму на элементарные составляющие. Есть умеренно-морозная фаза (это когда снег выпал и лежит), есть ядро, или значительно-морозная фаза (средняя суточная температура ниже –16 ºС), и  есть предвесенье (снег ­начинает таять). Нормальная зима должна пройти все три этапа, но в последнее время безъядерных зим становится все больше, то есть пика морозов не происходит.

— Наблюдается потепление климата, индикатором которого является зимний сезон — в основном за счет его продолжительности и суровости, — подводит итог Земцов.

— Есть ли у кого-то вопросы? — интересуется ведущий.

— У меня вопрос, — громко произносит из зала бородатый ученый. — А почему это у вас данные только до 2006 года? Это же как прошлогодний снег…

— Главное наше достижение не количество цифр, а новая методика. И выявление трендов, — парирует докладчик.

С качеством методики пускай разбираются ученые, а вот тренд меня волнует — становится теплее, а снега все больше.

Ту же самую зависимость показывает другой докладчик — Валентина Горбатенко, тоже из Томского университета. У нее графики ­более хаотичные, зато цвета она выбрала поярче. У Горбатенко замеры снега по Томской, Новосибирской, Кемеровской областям, Алтайскому краю и  Горно-Алтайской автономной области. Она сравнивает нынешние показатели с  данными 1935–1960 годов. Вычленить однозначные закономерности не всегда удается:

— По Новосибирской области у нас вообще ­чехарда, — сокрушается ученый.

Но все-таки некие закономерности отследить удалось. Например: максимальная за зиму высота снежного покрова увеличилась на 4–17 сантиметров. И здесь то же самое.

Кажется, ученые могут говорить о снеге бесконечно. Но появляется представитель оргкомитета форума и простит закончить ­пораньше, поскольку все приглашены на губернаторский прием в отель «Хилтон». Ученые покорно соглашаются. На выходе из зала ловлю академика Котлякова.

— Так все-таки снега действительно стало больше, несмотря на глобальное потепление?

— Я могу сказать только о Северной Евразии: там снега действительно стало больше.

— А про весь мир?

— Про весь мир не хочу.

— Но почему климат теплеет, а количество снега растет? Снег же холодный и тает…

— Все очень просто. По мере увеличения температуры воздуха растет и влагосодержание воздушных масс.

Тут я вспоминаю школьную программу. Чем теплее воздух, тем больше он может ­поглотить воды. А потом эта вода поднимается вверх, замерзает и сыплется на нашу голову романтичными снежинками.

— Все правильно. В холодных районах возрастает количество выпадающего снега. Это происходит сейчас на больших пространствах Сибири. Конечно, есть районы, где стало совсем тепло и поэтому снега нет. Но их немного. По сравнению с 60-ми годами, когда началась спутниковая съемка, увеличение снежного покрова заметно по всему Северному полушарию…

Кто-то из коллег академика пытается прервать интервью:

— Владимир Михайлович, пойдемте скорее, у нас же губернаторский прием!

Но академику говорить о климате и снеге, похоже, интереснее, чем пить мерло с чиновниками. Или мне так показалось…

— Тут еще какой эффект есть: чем больше снега, тем выше альбедо — отражающая способность. Сухой и чистый снег может отражать до 95% коротковолновой радиации. И чем больше излучения отражается, тем холоднее становится, разница в температуре со снегом и без него может доходить до 4–5 градусов. Но если количество снега из-за потепления все-таки начнет сокращаться, то альбедо уменьшится и станет еще теплее… Климат — это вообще очень сложно.

Добавьте свой комментарий

Plain text

  • Переносы строк и абзацы формируются автоматически
  • Разрешённые HTML-теги: <p> <br>
LiveJournal
Регистрация

Другие статьи в этой рубрике

Операционный день

Кардиохирург Лео Бокерия — персонаж сугуб

Киноа: индейцы, белки

Начнем с геополитики (так сейчас принято)

На смерть пакета

Европейцы объявили войну пластиковым паке

Новости в фейсбук

Случайные статьи

Астрономы исследовали линзовидные галактики, не имеющие соседей

Группа ученых из Государственного астрономического института имени П.К. Штернберга МГУ исследовала структуру не имеющих соседей линзовидных галактик.

Подзарядка планшетника от Солнца

Если вы активно используете iPad, например, для активного серфинга Интернета или просмотра фильмов, или для того чтобы работать, находясь вне офиса, то возможно, вам постоянно приходится носить с собой зарядку.

Юпитер и жизнь на Земле

Чуждый нам мир Юпитера находится на расстоянии 588 миллионов км от нашей Земли.

Пределы вычислений

Существует ряд фундаментальных физических и технических ограничений на объём вычислений или хранения данных, которые могут быть осуществлены при использовании массы, объёма или энергии данной величины:

Что быстрее света в нашем мире? Часть I

Скорость больше скорости света в вакууме - это реальность. Теория относительности Эйнштейна запрещает лишь сверхсветовую передачу информации. Поэтому есть довольно много случаев, когда объекты могут двигаться быстрее света и ничего при этом не нарушать.